Налоговый рай может закончиться редомициляцией

Идея корректировки соглашений об избежании двойного налогообложения (СоИДН) впервые была озвучена президентом Владимиром Путиным в конце марта как одна из мер «антикоронавирусного» пакета. Щедрые налоговые льготы позволяют российским компаниям свободно вывозить в офшорные зоны, такие как Кипр, Мальта или Люксембург, огромные доходы в качестве дивидендов. Пальму первенства, конечно, занимает Кипр: с 2010 по 2019 годы на «обетованный» остров было переведено 273 млрд долларов. При этом обратно в нашу страну с Кипра в виде инвестиций вернулось за тот же период всего 64 млрд долларов — баланс далеко не в нашу пользу.

Хоть и с запозданием, но власть обратила внимание на вопиющую несправедливость: доходы весьма обеспеченных бизнесменов выводились в офшоры и облагались налогом в 2, максимум 5 процентов, а при выплате процентов по займам — вообще ноль, тогда как даже малообеспеченные российские граждане у себя в стране платят подоходный налог в 13%. Была поставлена задача договариваться с иностранными партнерами о пересмотре ставок обложения процентов и дивидендов до уровня 15% (с учетом отдельных изъятий в отношении институциональных инвестиций), сохраняя за собой право выхода из соглашений при отсутствии понимания у противоположной стороны. Первыми в списке стоят страны, через которые проходят наиболее значимые финансовые потоки российского происхождения.

Естественно, страны, приютившие многочисленных любителей налоговых убежищ, встретили неожиданные инициативы с российской стороны без всякого оптимизма. Министерство финансов вело переговоры с Кипром в течение четырех месяцев. Как заявил заместитель министра финансов Алексей Сазанов, окончательным предложением было поднять налог у источника до 15% на большинство выплат в виде процентов и дивидендов из России на Кипр, оставив исключение только для институциональных инвестиций, таких как банковские кредиты, облигационные займы и прямые инвестиции публичных компаний с долей участия более 15%. В общем, это было предложение, от которого нельзя отказаться: несговорчивость партнеров грозила обернуться двойным налогообложением для выводимых доходов. И твердыни налоговых гаваней стали поднимать белые флаги одна за другой: Кипр, Мальта, Люксембург… На очереди Нидерланды, Швейцария и Гонконг.

Соглашения 90-х годов оказались не актуальны

По логике Минфина, отмена налоговых льгот перечеркнёт выгоды от вывода капитала и позволит пополнить бюджет на кругленькую сумму в 150 млрд рублей в год. Пересмотр налоговых соглашений с «транзитными» странами также призван подтолкнуть российские компании к «переезду» в специальные административные районы (САР), но об этом позже.

Является ли 15-процентный налог на дивиденды чем-то чрезмерным и уникальным? Отнюдь нет. Его ставка при достижении определенного уровня дохода во Франции может достигать 30%, в США — 37, а в Великобритании — 38%. Борьба за возврат налогов в те страны, где бизнес и черпает свои доходы, является мировой тенденцией. Россия в последние годы активно вовлечена в международное сотрудничество, направленное против трансграничного уклонения от уплаты налогов, например, в рамках проекта БЭПС (Base Erosion and Profit Shifting).

Удастся ли получить желаемые выгоды от пересмотра СоИДН — с учётом различных изъятий и исключений, а также незаурядного таланта наших бизнесменов в деле поиска налоговых лазеек? Вопрос остаётся открытым. Но вряд ли кто станет спорить с тем, что соглашения, принятые в конце 90-х годов, за прошедшее время потеряли свою актуальность.

Как отмечает директор Института социальной политики ВШЭ Лилия Овчарова, в те годы для властей был важен любой импульс в пользу развития рыночной экономики и собрать налоги с наиболее обеспеченных слоёв населения в тот момент было «практически невозможно». Сегодня таких проблем нет, налоговая служба у нас достаточно хорошо работает — она даже признана одной из лучших, считает эксперт.

Назад, домой, в родные пенаты

Агитация за редомициляцию, то есть смену иностранной юрисдикции на российскую, идёт у нас давно, но успехи не очевидны. Памятным эпизодом было обращение президента Владимира Путина к российским бизнесменам ещё в 2002 году с предостережением насчёт возможных проблем с использованием средств, размещенных в офшорных зонах.

«Замучаетесь пыль глотать, бегая по судам в попытках разморозить эти средства», — предупредил он.

В 2018 году в угоду бизнесменам, желающим возвернуться из своих «эмпиреев» назад, домой, в родные пенаты, правительство создало САР — на острове Русский во Владивостоке и на острове Октябрьский в Калининградской области. Параллельно велась кампания по амнистии капитала, позволяющей легализовать счета и активы за рубежом, с нулевой ставкой налога при репатриации капитала, с освобождением участников амнистии от любого преследования.

Потенциальных резидентов САР могут заинтересовать такие льготы, как:

  • отсутствие налогообложения на прибыль от продажи активов и полученные дивиденды,
  • 5-процентная ставка налога по выплачиваемым дивидендам,
  • конфиденциальность информации в отношении акционеров.

Переезжая в САР, зарубежная компания получает статус международной организации. Ликвидировать фирму за рубежом при этом не требуется, достаточно снять её там с регистрации. Редомициляция накладывает на компанию одну важную обязанность: она должна инвестировать на территории России минимум 50 млн рублей за полгода.

Но власти не собираются на этом останавливаться, готовятся законодательные инициативы для совершенствования механизма САР. В «дорожной карте» по трансформации делового климата в сфере корпоративного управления правительство утвердило целый ряд льгот.

  • Так, сменившие прописку международные холдинговые компании — как публичные, так и не публичные — смогут выплачивать дивиденды за рубеж с минимальной налоговой ставкой 5%.
  • Также Минэкономразвития предлагает расширить географию стран и территорий, из которых можно отправиться в САР, и позволить «транзитную» редомициляцию.
  • Кроме того предлагается освободить от налогообложения в России доходы зарубежных филиалов международных компаний и сделать в законах прямое уточнение о том, что они не выступают в качестве контролируемых иностранных компаний (КИК).

Создаётся впечатление, что власти готовы идти на беспрецедентные уступки, лишь бы обеспечить успех в вопросе деофшоризации. Но на данный момент в российских офшорах зарегистрировались лишь чуть больше трёх десятков компаний. Минэкономразвития удовлетворило бы доведение их числа до 40 к концу года. Эксперты называют ряд объективных причин, тормозящих редомициляцию: например, проблемы с логистикой в связи с труднодоступностью регионов для бизнеса, находящегося в Москве, да и просто нехватка помещений для регистрации компаний.

Деофшоризацию могут, конечно, тормозить и обстоятельства субъективного характера. Это может быть недоверие к обещаниям российских властей, беспокойство перед лицом чрезмерной зарегулированности и не очень комфортной деловой атмосферы, привычка работать в тени за многие годы нахождения в налоговом раю и т. д. Так что, за активную редомициляцию российских бизнесменов властям предстоит ещё всерьез побороться.


Похожие новости:
16 криптобирж Японии объединились в саморегулирующую организацию
Кировчанин лишился 35 тыс. руб., вложившись в криптовалютный псевдовклад
Жители Югры осуждены за мошенничество с криптовалютой
Криптобиржа BTCC запускает с июня новую платформу
Новый участок Большого кольца метро откроют в 2021 году
Торговых площадей в России стало больше
Росфинмониторинг пос­троит систему крипто­мониторинга
Какие изменения ждут криптоиндустрию
ОПЕК: скоро придет конец "золотой добыче" сланцевой нефти
Совокупное состояние богатейших бизнесменов упало на 40 млрд долларов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *