Анатолий Вассерман: “эффективный менеджер” — это общемировое несчастье

Здравоохранение — это не услуга

— Анатолий Александрович, исключительно болезненная тема в прямом и переносном смысле — это оптимизация здравоохранения, которая привела к тому, что закрыты фельдшерско-акушерские пункты и люди в регионах вынуждены ехать к врачу за 200 км. Однако мы как-то умудрились более-менее успешно пережить пандемию. Ваши предложения по поводу здравоохранения, с которым, вы считаете, надо серьёзно разбираться?

— Для начала надо исключить здравоохранение, так же как и образование, из сферы услуг. Причем исключить не для того, чтобы поднять самооценку сотрудников, а по чисто логической причине. Услуга — это когда вы делаете человеку то, чего он сам хочет. Понятно, что ни школьники, ни их родители не могут знать:

  • чему учить,
  • как учить.

Понятно, что больные не могут знать, от чего их лечить и как. Сколько бывает случаев, когда приходишь к врачу: «Доктор, у меня вот тут болит, и вот тут, и вот тут». — «Голубчик, да у вас же палец сломан».

Но дело ещё и в том, что фактически включение здравоохранения и образования в сферу услуг означает, что перед ними ставится цель зарабатывать. А если нет возможности заработать больше, то хотя бы поменьше тратить.

И вся эта знаменитая оптимизация — это именно сокращение в духе старого даже не анекдота, а вроде бы реально сказанной на каком-то производственном совещании фразы: «Вас послушать, так прибыль приносит только отдел сбыта, а остальные генерируют чистые убытки».

Тут, к сожалению, ещё сказалось общемировое несчастье под названием «эффективный менеджер» — это, условно говоря, человек, способный разломать большое налаженное дело на кусочки такие мелкие, чтобы хоть один из них уместился в его голове. И понятие «эффективного менеджера» в том виде, в котором оно сейчас применяется, прямо противоречит представлениям о системном подходе: эти люди не просто не понимают, что такое система чего бы то ни было, они даже не понимают, что они не понимают, что такое система. И последствия катастрофические.

Хорошо, что у нас не успели доломать унаследованную с советских времен систему здравоохранения до такой степени, как получилось в другой части России, а именно на Украине.

Там возглавляла много лет Министерство здравоохранения (правда, в статусе исполняющей обязанности министра) гражданка Соединённых Государств Америки Супрун. Она получила прозвище «Доктор смерть» за последствия проведённой ею реформы. Насколько я знаю, эта «Доктор смерть» ненамного отличается от наших медсестёр, то есть полноценного, по нашим представлениям, медицинского образования у неё отродясь не бывало. Поэтому она, по сути, не ведала, что творила. Помните, как Иешуа Иосифович Давидов сказал о тех, кто добивался его казни: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят». Да, действительно не ведают. Но я не считаю это достаточным основанием для прощения. Как известно, незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение.

Опыт коронавирусной пандемии показал, что ещё сохранившаяся часть системы, нацеленной не на зарабатывание, а на охрану здоровья, справилась даже с таким сильнейшим ударом.

Пока вроде бы разговоры о дальнейшей оптимизации здравоохранения прекращены. Хотя боюсь, что как только пандемия закончится, тут же опять оптимизаторы повылезают изо всех щелей и норок.

«Социализм 2.0»: нужны исследования

— Какими ещё важными аспектами вы хотели бы заниматься в предстоящие четыре года в Госдуме?

— Ой, много чем хотел бы, но мало чем удастся. Просто потому, что на всё физически не хватит времени. Но, кроме образования и науки, постараюсь ещё поучаствовать в работе комитетов, связанных с экономикой.

Более того, буду продавливать всеми доступными мне в Госдуме средствами запуск исследований по проблеме предстоящего, как принято говорить, «социализма 2.0», то есть опирающегося уже не только на производственные технологии, но и на информационные. Исследования предстоят довольно обширные. По моим оценкам, они займут примерно 5-6 лет и потребуют 15-20 миллионов долларов, а времени мало. Потому что техническая возможность для «социализма 2.0» возникнет, по моим прикидкам, около 2030 года. Если мы не успеем к тому времени провести эти исследования, то переход к новым системам:

  • планирования,
  • управления

произойдёт стихийным путем. А если всё успеем, то переход пройдёт безударно, то есть никто от него не пострадает.

Понятно, что от изменения структуры общества в целом многое в нём потеряется. Но каждый, кто что-то потеряет, сможет получить взамен нечто, что его заинтересует больше, чем то, что он потерял.

Но ещё раз повторю: для этого нужны очень серьёзные научные исследования. И я очень надеюсь через Госдуму запустить, наконец, давным-давно подготовленную программу этих исследований.


Похожие новости:
Россиян обяжут являться в военкоматы без повестки
Назарбаев, Буш и Далай-лама - космические братья
Зарплаты мужчин в Москве оказались на 11% выше, чем у женщин
Недовольные словами Нурмагомедова о папахах россиянки запустили флешмоб
40 кандидатов получили приглашение от Путина в Общественную палату
Судьба ЕГЭ решится после майских праздников
Празднование Дня Победы в России перенесли
Почему в "сопротивлении маскам" нет ничего нового
Борьба с матом в соцсетях увеличила его этажность
Грядут перемены? Власть заговорила об "изменении структуры выходных"

Анатолий Вассерман: “эффективный менеджер” — это общемировое несчастье

Здравоохранение — это не услуга

— Анатолий Александрович, исключительно болезненная тема в прямом и переносном смысле — это оптимизация здравоохранения, которая привела к тому, что закрыты фельдшерско-акушерские пункты и люди в регионах вынуждены ехать к врачу за 200 км. Однако мы как-то умудрились более-менее успешно пережить пандемию. Ваши предложения по поводу здравоохранения, с которым, вы считаете, надо серьёзно разбираться?

— Для начала надо исключить здравоохранение, так же как и образование, из сферы услуг. Причем исключить не для того, чтобы поднять самооценку сотрудников, а по чисто логической причине. Услуга — это когда вы делаете человеку то, чего он сам хочет. Понятно, что ни школьники, ни их родители не могут знать:

  • чему учить,
  • как учить.

Понятно, что больные не могут знать, от чего их лечить и как. Сколько бывает случаев, когда приходишь к врачу: «Доктор, у меня вот тут болит, и вот тут, и вот тут». — «Голубчик, да у вас же палец сломан».

Но дело ещё и в том, что фактически включение здравоохранения и образования в сферу услуг означает, что перед ними ставится цель зарабатывать. А если нет возможности заработать больше, то хотя бы поменьше тратить.

И вся эта знаменитая оптимизация — это именно сокращение в духе старого даже не анекдота, а вроде бы реально сказанной на каком-то производственном совещании фразы: «Вас послушать, так прибыль приносит только отдел сбыта, а остальные генерируют чистые убытки».

Тут, к сожалению, ещё сказалось общемировое несчастье под названием «эффективный менеджер» — это, условно говоря, человек, способный разломать большое налаженное дело на кусочки такие мелкие, чтобы хоть один из них уместился в его голове. И понятие «эффективного менеджера» в том виде, в котором оно сейчас применяется, прямо противоречит представлениям о системном подходе: эти люди не просто не понимают, что такое система чего бы то ни было, они даже не понимают, что они не понимают, что такое система. И последствия катастрофические.

Хорошо, что у нас не успели доломать унаследованную с советских времен систему здравоохранения до такой степени, как получилось в другой части России, а именно на Украине.

Там возглавляла много лет Министерство здравоохранения (правда, в статусе исполняющей обязанности министра) гражданка Соединённых Государств Америки Супрун. Она получила прозвище «Доктор смерть» за последствия проведённой ею реформы. Насколько я знаю, эта «Доктор смерть» ненамного отличается от наших медсестёр, то есть полноценного, по нашим представлениям, медицинского образования у неё отродясь не бывало. Поэтому она, по сути, не ведала, что творила. Помните, как Иешуа Иосифович Давидов сказал о тех, кто добивался его казни: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят». Да, действительно не ведают. Но я не считаю это достаточным основанием для прощения. Как известно, незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение.

Опыт коронавирусной пандемии показал, что ещё сохранившаяся часть системы, нацеленной не на зарабатывание, а на охрану здоровья, справилась даже с таким сильнейшим ударом.

Пока вроде бы разговоры о дальнейшей оптимизации здравоохранения прекращены. Хотя боюсь, что как только пандемия закончится, тут же опять оптимизаторы повылезают изо всех щелей и норок.

«Социализм 2.0»: нужны исследования

— Какими ещё важными аспектами вы хотели бы заниматься в предстоящие четыре года в Госдуме?

— Ой, много чем хотел бы, но мало чем удастся. Просто потому, что на всё физически не хватит времени. Но, кроме образования и науки, постараюсь ещё поучаствовать в работе комитетов, связанных с экономикой.

Более того, буду продавливать всеми доступными мне в Госдуме средствами запуск исследований по проблеме предстоящего, как принято говорить, «социализма 2.0», то есть опирающегося уже не только на производственные технологии, но и на информационные. Исследования предстоят довольно обширные. По моим оценкам, они займут примерно 5-6 лет и потребуют 15-20 миллионов долларов, а времени мало. Потому что техническая возможность для «социализма 2.0» возникнет, по моим прикидкам, около 2030 года. Если мы не успеем к тому времени провести эти исследования, то переход к новым системам:

  • планирования,
  • управления

произойдёт стихийным путем. А если всё успеем, то переход пройдёт безударно, то есть никто от него не пострадает.

Понятно, что от изменения структуры общества в целом многое в нём потеряется. Но каждый, кто что-то потеряет, сможет получить взамен нечто, что его заинтересует больше, чем то, что он потерял.

Но ещё раз повторю: для этого нужны очень серьёзные научные исследования. И я очень надеюсь через Госдуму запустить, наконец, давным-давно подготовленную программу этих исследований.


Похожие новости:
Почему россияне не смогли назвать научных открытий
Врачи: рассказали, как убивает одиночество
Зреет бунт: 89% россиян возмущены пенсионной реформой
Власти запретят называть сыром ужас из российских магазинов
Медики приняли за рак забытый в животе пациентки 16-сантиметровый зажим
Сталин в интервью"Нью-Йорк Таймс": "Мы величайший в мире рынок"
Шведские музыканты призвали к бойкоту "Евровидения" в Израиле
Пушков прокомментировал слова Кучмы о давлении на Зеленского
Опричники BLM зачищают культурный ландшафт
Пора ли бить тревогу: женщины не торопятся выходить замуж

Анатолий Вассерман: “эффективный менеджер” — это общемировое несчастье

Здравоохранение — это не услуга

— Анатолий Александрович, исключительно болезненная тема в прямом и переносном смысле — это оптимизация здравоохранения, которая привела к тому, что закрыты фельдшерско-акушерские пункты и люди в регионах вынуждены ехать к врачу за 200 км. Однако мы как-то умудрились более-менее успешно пережить пандемию. Ваши предложения по поводу здравоохранения, с которым, вы считаете, надо серьёзно разбираться?

— Для начала надо исключить здравоохранение, так же как и образование, из сферы услуг. Причем исключить не для того, чтобы поднять самооценку сотрудников, а по чисто логической причине. Услуга — это когда вы делаете человеку то, чего он сам хочет. Понятно, что ни школьники, ни их родители не могут знать:

  • чему учить,
  • как учить.

Понятно, что больные не могут знать, от чего их лечить и как. Сколько бывает случаев, когда приходишь к врачу: «Доктор, у меня вот тут болит, и вот тут, и вот тут». — «Голубчик, да у вас же палец сломан».

Но дело ещё и в том, что фактически включение здравоохранения и образования в сферу услуг означает, что перед ними ставится цель зарабатывать. А если нет возможности заработать больше, то хотя бы поменьше тратить.

И вся эта знаменитая оптимизация — это именно сокращение в духе старого даже не анекдота, а вроде бы реально сказанной на каком-то производственном совещании фразы: «Вас послушать, так прибыль приносит только отдел сбыта, а остальные генерируют чистые убытки».

Тут, к сожалению, ещё сказалось общемировое несчастье под названием «эффективный менеджер» — это, условно говоря, человек, способный разломать большое налаженное дело на кусочки такие мелкие, чтобы хоть один из них уместился в его голове. И понятие «эффективного менеджера» в том виде, в котором оно сейчас применяется, прямо противоречит представлениям о системном подходе: эти люди не просто не понимают, что такое система чего бы то ни было, они даже не понимают, что они не понимают, что такое система. И последствия катастрофические.

Хорошо, что у нас не успели доломать унаследованную с советских времен систему здравоохранения до такой степени, как получилось в другой части России, а именно на Украине.

Там возглавляла много лет Министерство здравоохранения (правда, в статусе исполняющей обязанности министра) гражданка Соединённых Государств Америки Супрун. Она получила прозвище «Доктор смерть» за последствия проведённой ею реформы. Насколько я знаю, эта «Доктор смерть» ненамного отличается от наших медсестёр, то есть полноценного, по нашим представлениям, медицинского образования у неё отродясь не бывало. Поэтому она, по сути, не ведала, что творила. Помните, как Иешуа Иосифович Давидов сказал о тех, кто добивался его казни: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят». Да, действительно не ведают. Но я не считаю это достаточным основанием для прощения. Как известно, незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение.

Опыт коронавирусной пандемии показал, что ещё сохранившаяся часть системы, нацеленной не на зарабатывание, а на охрану здоровья, справилась даже с таким сильнейшим ударом.

Пока вроде бы разговоры о дальнейшей оптимизации здравоохранения прекращены. Хотя боюсь, что как только пандемия закончится, тут же опять оптимизаторы повылезают изо всех щелей и норок.

«Социализм 2.0»: нужны исследования

— Какими ещё важными аспектами вы хотели бы заниматься в предстоящие четыре года в Госдуме?

— Ой, много чем хотел бы, но мало чем удастся. Просто потому, что на всё физически не хватит времени. Но, кроме образования и науки, постараюсь ещё поучаствовать в работе комитетов, связанных с экономикой.

Более того, буду продавливать всеми доступными мне в Госдуме средствами запуск исследований по проблеме предстоящего, как принято говорить, «социализма 2.0», то есть опирающегося уже не только на производственные технологии, но и на информационные. Исследования предстоят довольно обширные. По моим оценкам, они займут примерно 5-6 лет и потребуют 15-20 миллионов долларов, а времени мало. Потому что техническая возможность для «социализма 2.0» возникнет, по моим прикидкам, около 2030 года. Если мы не успеем к тому времени провести эти исследования, то переход к новым системам:

  • планирования,
  • управления

произойдёт стихийным путем. А если всё успеем, то переход пройдёт безударно, то есть никто от него не пострадает.

Понятно, что от изменения структуры общества в целом многое в нём потеряется. Но каждый, кто что-то потеряет, сможет получить взамен нечто, что его заинтересует больше, чем то, что он потерял.

Но ещё раз повторю: для этого нужны очень серьёзные научные исследования. И я очень надеюсь через Госдуму запустить, наконец, давным-давно подготовленную программу этих исследований.


Похожие новости:
ГИБДД официально продаст водителям "блатные" номера
Единоросы испугались и пытаются снизить пенсионный возраст
В мечтах об алых парусах
90% россиян стремятся экономить энергоресурсы
Шуфутинский не собирается отказываться от песни "3 сентября"
В Индии неизвестные похитили прах легендарного Махатмы Ганди
Средний класс является самым закредитованным в России
В чем провинилась черная кошка: почему люди верят в приметы
В России введут стипендии для безработных в возрасте от 50 лет
В России создали программу "Помоги учиться дома"

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *